Жили три брата, два-то умных, а третий дурак; умные братья поехали в нижние города товаров закупать и говорят дураку: «Ну смотри, дурак, слушай наших жен и почитай так, как родных матерей; мы тебе купим сапоги красные, и кафтан красный, и рубашку красную».
дурак сказал им: «Ладно, буду почитать».
Они отдали дураку приказание, а сами поехали в нижние города;, а дурак лег на печь и лежит.
Невестки говорят ему: «Что же ты, дурак! Братья велели тебе нас почитать и за это хотели тебе по подарку привезть, а ты на печи лежишь, ничего не работаешь; сходи хоть за водой».
дурак взял ведра и пошел за водой; зачерпнул воды, и попала ему щука в ведро.
дурак и говорит: «Слава богу! Теперь я наварю хоть этой щуки, сам наемся, а невесткам не дам; я на них сердит!» Говорит ему щука человеческим голосом: «Не ешь, дурак, меня; пусти опять в воду, счастлив будешь!» дурак спрашивает: «Какое ж от тебя счастье" — „А вот какое счастье: что скажешь, то и будет! Вот скажи: по щучьему веленью, по моему прошенью ступайте, ведра, сами домой и поставьтесь на место“.
Как только дурак сказал это, ведра тотчас пошли сами домой и поставились на место.
Невестки глядят и дивуются.
„Что он за дурак! — говорят.
— Вишь какой хитрый, что у него ведра сами домой пришли и поставились на свое место“.
Дурак пришел и лег на печку; невестки стали опять говорить ему: „Что ж ты, дурак, улегся на печку! Дров нет, ступай за дровами“.
дурак взял два топора, сел в сани, лошади не запряг.
„По щучьему, — говорит, — веленью, по моему прошенью катитесь, сани, в лес!“ Сани покатились скоро да шибко, словно кто погоняет их.
Надо было дураку ехать мимо города, и он без лошади столько придавил народу, что ужас! Тут все закричали: „Держи его! Лови его!“ — однако не поймали.
дурак въехал в лес, вышел из саней, сел на колодину и сказал: «Один топор руби с корня, другой — дрова коли!» Вот дрова нарубились и наклались в сани.
дурак говорит: «Ну, один топор, теперь поди и сруби мне кукову[[2 — Палка или дубинка, у которой один конец загнут и закруглен наподобие шара.
]], чтоб было чем носило поднять».
Топор пошел и срубил ему кукову; кукова пришла, на воз легла.
дурак сел и поехал; едет мимо города, а в городе народ собрался, давно его караулит.
Тут дурака поймали, начали одерживать да пощипывать; дурак и говорит: «По щучьему веленью, по моему прошенью ступай, кукова, похлопочи-ка!» Вскочила кукова и пошла ломать, колотить и прибила народу многое множество; люди, словно снопы, так наземь и сыплются! Отделался от них дурак и приехал домой, дрова сложил, а сам на' печь сел.
Вот горожане стали бить на него челом и донесли королю: «Так-де его не взять, надобно обманом залучить, а всего лучше обещать ему красную рубаху, красный кафтан и красные сапоги».
Пришли за дураком королевские гонцы.
«Ступай, — говорят, — к королю; он тебе даст красные сапоги, красный кафтан и красную рубаху».
Вот дурак и сказал: «По щучьему веленью, по моему прошенью, печка, ступай к королю!» Сам сел на' печь, печка и пошла.
Приехал дурак к королю.
Король уж хотел казнить его, да у того короля была дочь, и больно понравился ей дурак; стала она отца просить, чтобы отдал ее за дурака замуж.
Отец рассердился, обвенчал их и велел посадить обоих в бочку, бочку засмолить и пустить на' воду.Так и сделано.
Долгое время плыла бочка по' морю; стала жена дурака просить: «Сделай так, чтобы нас на' берег выкинуло».
дурак сказал: «По щучьему веленью, по моему прошенью — выкинь эту бочку на' берег и разорви ее!» Вышли они из бочки; жена опять стала дурака просить, чтобы он построил какую-нибудь избушку.
дурак сказал: «По щучьему веленью, по моему прошенью — постройся мраморный дворец, и чтобы этот дворец был как раз против королевского дворца!» Сейчас все исполнилось; король увидал поутру новый дворец и послал узнать, кто такой живет в нем Как только узнал, что там живет его дочь, в ту ж минуту потребовал ее с мужем к себе.
Они приехали; король их простил, и стали вместе жить-поживать да добра наживать.
