Был мужик, у него было три сына: два умных, третий дурак.Вот хорошо, за'чал мужик горох сеять, и повадился к нему на горох незнамо кто.
Видит отец, что все побито, повалено, потоптано, и стал говорить своим детям: «Дети мои любезные! Надобно караулить, кто такой горох у нас топчет" Сейчас большой брат пошел караулить.Приходит полуночное время, ударил его сон — горох потоптан, а он ничего не видал.
Опосля досталось караулить середнему брату — и середний ничего не видал.„Сем-ка я пойду, — говорит дурак, — уж я не прогляжу!“ — „Хорошо ты поёшь! Каково станется" — отвечают ему братья.
И таки пошел дурак караулить, взял с собой воз лык да фунт табаку.Как стал его сон ударять, он стал табаку больше нюхать.
Приезжает на горох Никанор-богатырь, пускает своего коня, а сам лег богатырским сном спать — лег и заснул.Сейчас это дурак взял и зачал его сонного лыками путлять.
Упутлял его лыками и пришел к отцу.„Ну, — говорит, — поймал я вора!“ Отец приходит, смотрит: „Как же ты, дурак, мог этакую силу повалить„Вот донесли царю, что пои'ман этакий богатырь.
царь сейчас посылает: „Кем он пои'ман" Доклада'ют ему, что пои'ман таким-то дураком.Тут сейчас царь приказывает: „Приведите мне дурака!“ Привели; царь спрашивает: «Как же это, дурак, как бы его сюда перевезть" Он ему говорит: „А вот как надобно править: надобно двенадцать лошадей, да шестьдесят человек народу, да чугунные дроги — тогда можно положить Никанора-богатыря на дроги и привезть сюда“.
Привезли богатыря к царю.«Как же, дурак, — спрашивает царь, — куды же его посадить и чем закрепить, чтоб не ушел" Дурак говорит: „На двадцать аршин вели земли выкопать, той землей завали чугунные стены да накати накатники: крепко будет!“ Завалили чугунные стены, накатили накатники, посадили туда Никанора-богатыря и поставили над ним полк солдат караульных.
Дурак зацепил крюком, перервал лыки и развязал богатыря.царь дурака наградил, домой отпустил.
Раз как-то гуляли царские дети по' саду и пущали золотые стрелы, и попала стрела меньшого брата, Ивана-царевича, в окошечко Никанора-богатыря.«Ах, Никанор-богатырь, отдай мою стрелку“.
— «Помоги мне, — говорит Никанор-богатырь, — прикажи хоть одну накатинку скатить — так отдам твою стрелку; пожалуй, еще три своих подарю!“ Иван-царевич понатужился и сам снял одну накатину; Никанор-богатырь отдал ему золотую стрелку и говорит: «Ну, Иван-царевич, будешь ты лакеем, пастухом и поваром, и опять будешь Иваном-царевичем“.Сейчас разломал Никанор-богатырь свою темницу, вылез оттуда и весь полк побил.
Царь пришел, увидал и ужаснулся: «Кем богатырь выпущен" Тут валялись избитые, израненные: у того солдата рука оторвана, у того нога изломана; говорят они царю: „Так и так, Иван-царевич выпустил“.Осердился царь, послал собирать с разных земель королей и принцев.
Собрались короли и принцы; угостил их царь и стал с ними думать-гадать.„Что мне, — говорит, — с сыном, Иваном-царевичем, делать Ведь царских детей ни казнят, ни вешают“.
Присоветовали ему: дать царевичу одного слугу, и пускай идет, куда сам знает! Пошел Иван-царевич от своего отца; шел ни много, ни мало, и захотелось ему пить.Приходит к колодезю, глянул — далече вода, не достанешь, напиться нечем.
Говорит он слуге своему: „Ах, Ванька, как же быть" — „Ну, Иван-царевич, — говорит Ванька, — держи меня за ноги, я напьюся, а там и тебя напою;, а то не достанешь — далече вода“.Сейчас это Ванька начал пить, напился, а там стал царевича держать.
Иван-царевич напился: „Ну, Ванька, вытаскивай меня!“ Он ему отвечает: „Нет же! Будь ты Ванька, а я буду Иван-царевич“. — «Что ты, дурак, пустое болтаешь!“ — «Сам болтаешь! Коли не хочешь, утоплю в колодезе!“ — «Нет же! Лучше не топи; будь ты Иван-царевич, а я буду Ванька».
На том и поладили; приходят в большой град столичный, прямо в палаты царские; названый царевич идет впереди, кресты кладет не по-писаному, поклоны ведет не по-ученому;, а настоящий царевич позади выступает, кресты кладет по-писаному, поклоны ведет по-ученому.царь принимает их с охотою.
«Живите у меня», — говорит.Сейчас Ванька-названник[[4 — Самозванец.
]] начал наговаривать: «Ах, какой лакей у меня! Как хорошо скотину стережет! Если лошадей погонит, то у всякой лошади сделаются хвост золотой, грива золотая, по бокам часты звезды;, а коров погонит, у всякой коровы сделаются рога золотые, хвост золотой, по бокам часты звезды».Дал ему царь лошадей стеречь.
Погнал Иван-царевич табун в чистое поле; все лошади от него разбежалися.Он сел и заплакал горько: «Эх, Никанор-богатырь, что ты сделал надо мной! Как мне теперь быть" Откуда не' взялся — является перед ним Никанор-богатырь.
„Что, — говорит, — тебе надобно, Иван-царевич" Тот рассказал ему про свое горе.„Ничего! Поедем-ка с тобой, соберем всех лошадей да погоним к моей меньшой сестре.
Меньшая сестра все поделает, что тебе царь приказал“.Пригнали табун к меньшой сестре; она и впрямь все поделала, накормила-напоила гостей и домой проводила.
Гонит Иван-царевич лошадей к царскому дворцу: у всякой лошади грива золота', хвост золотой, по бокам звезды.Названник Ванька под окном сидит: „Ах, каналья, сделал-таки, сделал! Хитёр, — говорит, — мудёр!“Ну, теперича приказывает ему царь коров гнать: „Чтоб было то же сделано, а если не сделаешь — я тебя на воротах расстреляю!“ Иван-царевич горько заплакал и погнал коров; целый день стерег.
„Ах, друг Никанор, явись передо мной!“ Никанор-богатырь является; погнали к его середней сестре; она всем коровам поделала рожки золотые, хвосты золотые, по бокам — звезды; накормила гостей, напоила и домой проводила.Гонит Иван-царевич коров, а Ванька-названник под окном сидит.
«Ах, — говорит, — хотел погубить, да нет: и это сделал!“ царь увидал: «Вот так пастух! Вишь каких лошадей да коров поставил — любо-дорого посмотреть!» Говорит ему Ванька: «Он мне и кушанье хорошо готовит!» царь сейчас отправил его в поварскую; пошел Иван-царевич к поварам под начало, а сам горько плачет: «Господи! Я ничего не умею; это все на меня напраслину наговаривают».Вот задумал царь отдать свою дочь за названника;, а тут и пишет к нему трехглавый змей: «Если ты не отдашь своей дочери за меня, то я всю твою силу порублю и тебя самого в полон возьму».
Говорит царь своему нареченному зятю: «Что же мне делать" Ванька отвечает: „Батенька, выставим силу; может быть, и наша возьмет!“ Выставили силу, стали воевать.А Иван-царевич просится у поваров: „Пустите меня, дяденьки, посмотреть сражение; я сроду не видал“.
Те говорят: „Ступай, посмотри!“ Сейчас приходит он на чистое поле и говорит: „Друг Никанор, явись передо мной“.Никанор-богатырь перед ним является: „Что угодно тебе, Иван-царевич, то и буду делать“.
Он спрашивает: «Как же нам разогнать все это сражение, побить неприятелей Сослужи-ка мне эту службу». — «Это службишка, а не служба!»Поехал Никанор-богатырь и разогнал силу неприятельскую, всех побил, порубал.
«Ну, теперь надо свадьбу играть!» — говорит царь.Вдруг пишет шестиглавый змей: «Если ты не отдашь своей дочери за меня, то всю силу твою порублю и тебя самого в полон возьму!» — «Ах, как же нам быть" — спрашивает царь.
Говорит Ванька: „Нечего делать — надо силу выставлять; может быть, нам бог помогнёт!“ Выставили против силы змеиной свою армию.Стал Иван-царевич проситься у поваров: „Дяденьки, отпустите меня посмотреть“.
— „Ступай, да скорей назад приходи“.Он пошел на чистое поле: „Ах, друг Никанор, явись передо мной!“ Никанор-богатырь является: „Что тебе угодно, все для тебя буду делать“.
— «Как бы нам порубить эту силу" Отвечает Никанор-богатырь: „Поеду и потружусь для тебя!“ Пустился на рать-силу змеиную и побил ее всю дочиста.„Ну, — говорит царь, — теперь нам можно и свадьбу играть: никакой помехи не будет!“ Взялись за свадьбу, а тут двенадцатиглавый змей пишет: „Если не отдашь за меня своей дочери, то всю твою силу побью, тебя самого в полон возьму, а царство твое головней выжгу!“ Надобно опять выставлять армию.
„Если станет змей побивать, — думает царь, — в ту ж минуту отдам ему дочь добром, чтоб только царства не тронул“.Иван-царевич просится у поваров: „Дяденьки, отпустите меня посмотреть“.
— «Ступай, да скорей назад приходи!»Вот приходит он на чистое поле, свистнул-гаркнул своим громким голосом: «Друг Никанор, явись передо мной!» Никанор-богатырь является: «Ну, брат Иван-царевич, вот когда служба-то нам пришла! Садись и ты на коня, и поедем: я впереди — на двенадцатиглавого змея, а ты позади — на всех его богатырей».А у того змея было двенадцать подручных богатырей.
Сел Иван-царевич на коня и вслед за Никанором-богатырем поехал на неприятеля; стали биться-рубиться, изводить силу змеиную.На том бою ранили Ивана-царевича в руку; он повернул коня и прямо наехал на царскую карету.
Царевна сняла с себя шаль, разорвала пополам и половинкой завязала ему руку.Иван-царевич опять ударил на змея и побил все его войско; после приехал в свое место, лег спать и заснул крепким богатырским сном.
Во дворце свадьба готовится; хватились его повара'.«Куда, — говорят, — делся наш молодой повар" Побежали искать и нашли сонного; стали будить — никак не разбудят, стали толкать — никак не растолкают.
Один повар взял колотушку: „Сейчас пришибу его; пускай пропадает!“ Ударил его раз, другой; Иван-царевич проснулся: „Ах, братцы, я проспал!“ И просит: „Дяденьки, не сказывайте, что я так долго спал“.Те говорят: „Пойдем, дурак, скорее, чтобы нас за тебя не ругали!“Привели его в поварскую и заставили кастрюли чистить.
Иван-царевич засучил рукава и принялся за работу.Увидала царевна у него половину своей шали: «Покажи-ка, Ванька! Где ты этот платок взял" Тут он и признался.
„Не тот, — говорит, — названник — царевич, а я!“ — и рассказал ей все, как было.Сейчас взяла царевна его за руку, повела к отцу: „Вот мой нареченный жених, а не тот лакей!“ царь стал у него, спрашивать: «Как у вас дело было" — Так и так, говорит.
царь перевенчал свою дочь за Ивана-царевича, а названника расказнил.И я там был, мед-вино пил, по усам текло, во рту не было; подали белужины — остался не ужинавши.
