Жила-была старушка-княгиня; у нее росли сын да дочь — такие дородные, такие
хорошие. Не по нутру они были злой ведьме: «как бы их извести да до худа
довести
“ — думала она и придумала; скинулась такой лисой, пришла к их матери и говорит: „Кумушка-голубушка! Вот тебе перстенек, надень его на пальчик твоему
сынку, с ним будет он и богат и тороват, только бы не снимал и женился на той
девице, которой мое колечко будет по ручке!“ Старушка поверила, обрадовалась [...]
Женился мужик вдовый с дочкою на вдове — тоже с дочкою, и было у них две сводные
дочери. Мачеха была ненавистная; отдыху не дает старику: «Вези свою дочь в лес,
в землянку! Она там больше напрядет». Что делать! Послушал мужик бабу, свез
дочку в землянку и дал ей огнивко, креме'шик, тру'ду[] да мешочек круп и говорит: «Вот тебе огоньку; огонек не переводи, кашку вари, а сама сиди да пряди, да избушку-то припри».
Пришла ночь. Девка затопила [...]
У мачехи была падчерица да родная дочка; родная что ни сделает, за все ее гладят
по головке да приговаривают: «Умница!» А падчерица как ни угождает — ничем не угодит, все не так, все худо;, а надо правду сказать, девочка была золото, в хороших руках она бы как сыр в масле купалась, а у мачехи каждый день слезами
умывалась. Что делать
Ветер хоть пошумит да затихнет, а старая баба расходится
— не скоро уймется, все будет придумывать да зубы чесать. И придумала мачеха
падчерицу [...]
В одной семье было три брата: большего прозывали Бараном, середнего Козлом, а меньшего звали Чуфиль-Филюшка[[8 — Приставка «Чуфиль, Чуфилюшка» объясняется
любимою русским простолюдином игрою слов.]]. Вот однажды все они трое пошли в лес, а в лесу жил караульщиком родной их дедушка. У этого дедушки Баран да Козел
оставили своего родного брата Чуфиль-Филюшку, а сами пошли в лес на охоту.
Филюшке была и воля и доля: дедушка был стар и большой [...]
