Ехал лесом мужичок со снетками. лисица накрала снеточков у мужика, склала в кувшинчик, да и села под стог пообедать. Бежит голодный волк. «Кума, кума, что ты ешь
“ — говорит он, увидав лису. „Снеточки“, — отвечает она. „Дай-ка мне!“ —
„Сам налови“. — „Да я не умею“, — говорит волк. „А вот кувшин, надень на хвост,
да и пусти в прорубь“. Послушался волк, а лисица говорит про себя: «Ясни, ясни
на небе звезды! Мерзни, волчий хвост!»
Сама побежала в деревню, попалась [...]
Как волки озорничали,
Себя величали, —
Сходила свинья со двора,
Сводила за собой махоньких и беленьких[[5 — Т.е. поросят.]].
Она думала — по' лесу-ле'су,
Ан у[[6 — Вместо «в».]] колос, у овес.
У ней были зубки ловки,
Усё схватывала головки,
Подходила к волку близко,
Поклонилась ему низко:
«Здравствуй, волк-волчок!
Не будет ли с тебя
Махоньких и беленьких
“ —
„Эх ты, свинушка!
[...]
Жил себе старик со старушкой, и у них только и было именья, что один боров.
Пошел боров в лес желуди есть. Навстречу ему идет волк. «Боров, боров, куда ты
идешь
“ — „В лес, желуди есть“. — „Возьми меня с собою“. — „Я бы взял, —
говорит, — тебя с собою, да там яма есть глубока, широка, ты не перепрыгнешь“. —
„Ничего, — говорит, — перепрыгну“. Вот и пошли; шли-шли по лесу и пришли к этой
яме. „Ну, — говорит волк, — прыгай“. [...]
Жил да был старик со старухой, у них была внучка Снегурушка. Собрались ее
подружки идти в лес по ягоды и пришли ее звать с собой. Старики долго не соглашались, но после многих просьб отпустили Снегурушку и приказали ей не отставать от подруг. Ходя по' лесу и собирая ягоды, деревцо за деревцо, кустик
за кустик, снегурушка отстала от своих подруг. Они аукали ее, аукали, но Снегурушка не слыхала. Уж стало темно, подружки пошли домой. Снегурушка, [...]
Зело удивительно: шла лисица из дальних пустынь. Завидевши петуха на высоцем
древе, говорит ему ласковые словеса: «О милое мое чадо, петел! Сидишь ты на высоцем древе да мыслишь ты мысли недобрые, проклятые; вы де'ржите жен помногу:
кто держит десять, кто — двадцать, и'нный — тридцать, прибывает со временем до сорока! Где сойдетесь, тут и деретесь о своих женах, как о наложницах. Сниди,
милое мое чадо, на землю да покайся! Я шла [...]
Шла свинья в Питер богу молиться. Попадается ей волк навстречу: «Свинья, свинья,
куда идешь?» — «В Питер, богу молиться». — «Возьми и меня». — «Пойдем, куманек!»
Шли-шли, попадается лиса навстречу: «Свинья, свинья, куда идешь?» — «В Питер,
богу молиться». — «Возьми и меня». — «Иди, кума!» Шли они, шли, попадается им
заяц: «Свинья, свинья, куда идешь?» — «В Питер, богу молиться». — «Возьми и меня
с собой». — «Ступай, косой!» Потом выпросилась [...]
Однажды лиса всю большую осеннюю ночь протаскалась по лесу не евши. На зоре
прибежала она в деревню, взошла на двор к мужику и полезла на насесть к курам.
Только что подкралась и хотела схватить одну курицу, а петуху пришло время петь:
вдруг он крыльями захлопал, ногами затопал и закричал во все горло. лиса с насести-то так со страху полетела, что недели три лежала в лихорадке.
Вот раз вздумалось петуху пойти в лес — разгуляться, а лисица уж давно его [...]
Бежала лисица по лесу, увидала на дереве тетерева и говорит ему: «Терентий,
Терентий! Я в городе была». — «Бу-бу-бу, бу-бу-бу! Была, так была». — «Терентий,
Терентий! Я указ добыла». — «Бу-бу-бу, бу-бу-бу! Добыла, так добыла». — «Чтобы
вам, тетеревам, не сидеть по деревам, а все бы гулять по зеленым лугам». — «Бу-
бу-бу, бу-бу-бу! Гулять, так гулять». — «Терентий, кто там едет?» — спрашивает
лисица, услышав конский топот и собачий лай. «Мужик». — «Кто за ним бежит?» —
«Жеребенок». — [...]
